Помню то странное чувство, которое накрывает с головой, стоит только свернуть с асфальта где-то в районе Каргополя. Время здесь не просто замедляется — оно будто сворачивается в спираль, и ты физически ощущаешь себя выпавшим из современности. За окном автомобиля проплывают не просто пейзажи, а застывшие кадры из учебника истории. Не музейные, а живые, дышащие. В этих краях до сих пор можно встретить жилые дома, помнящие середину XIX века, а культовые постройки уходят корнями еще глубже — в век XVII. И самое поразительное: это не декорации. В избах, пусть и не во всех, теплится жизнь, в амбарах хранят утварь, а в церквях, куда добираются служители, идут богослужения.
Конечно, горько видеть, как многие жилые строения, оставшись без хозяйского глаза, превращаются в руины. Но храмы стоят. Стоят вопреки логике и времени. Меня всегда это завораживало: как простые мужики, порой не имевшие ни сложных инструментов, ни академических знаний, возводили такую красоту? Ведь некоторые из этих деревянных свечей, высотой с современную десятиэтажку, гордо высятся на своих местах по триста лет, а то и дольше. Каргополь не зря величают Столицей Русского Севера — в его окрестностях сосредоточена квинтэссенция деревянного зодчества, и я хочу поделиться увиденным там.
Одинокая свеча в урочище Красная Ляга
Первое, что приходит на ум при слове «урочище» — это забвение. И Красная Ляга — его классический пример. Когда-то здесь кипела жизнь, была главная улица, стояли дома. Сейчас не осталось ничего, кроме едва читаемой колеи и старых деревьев. Природа аккуратно заметает следы человека, и в этом нет трагедии, скорее — светлая грусть и принятие естественного хода вещей. Но посреди огромного поля, окруженного стеной леса, возносится стройная Сретено-Михайловская церковь, срубленная аж в 1655 году. Ей уже больше трех с половиной веков.
В основе её конструкции — восьмигранный сруб с двумя симметричными прирубами. Для здешних мест, Поонежья, это довольно редкий тип храма. Правда, до наших дней она дошла в сильно измененном виде: в начале прошлого века строители перекроили окна, изменили покрытие и обшили стены тесом с богатым декором. Сейчас двери заперты на замок, но лет пятнадцать назад мне посчастливилось заглянуть внутрь. Это было похоже на проникновение в иной мир — мир, где остановилось время. Сейчас это невозможно, но ощущение причастности к тайне осталось.
Представьте себе эту картину: абсолютная пустота, гигантская поляна и одинокое сооружение. Это нереальное зрелище, будто на планету опустилась космическая ракета из фантастических фильмов моего детства. Добраться до этой фантасмагории несложно. От деревни Ватмановская нужно уйти на грунтовку в сторону Кучепалды и проехать около шести километров. Дорога накатана карьерной техникой, поэтому легковушка пройдет спокойно, хотя низкую машину лучше оставить за пару сотен метров до цели.
Кучепалда: деревня, потерявшая озеро
Если проехать дальше по той же грунтовке, попадаешь в Кучепалду. Это место уже полностью лишено жителей, но здесь сохранилась удивительная среда. Брошенные избы, сараи, заросшие бурьяном огороды и пустые глазницы окон создают щемящее чувство. В приличном состоянии остался всего один дом, остальные сильно руинированы. Когда-то центром притяжения деревни было небольшое озеро почти идеально круглой формы. Вся планировка была уникальной: дома не выстраивались в линии, а смотрели окнами на воду, опоясывая берег единственной улицей. Там стояли баньки и мостки. Баньки всё ещё стоят, а вот озера больше нет. Говорят, карстовое дно ушло под землю в одночасье, и однажды утром люди просто не увидели воды. Мистика, да и только.
Утраченный ансамбль Лядин
Село Лядины, или Гавриловская, упоминается в документах с XVI века, а его название означает «поросшее лесом поле». Когда-то облик этого места определял шедевральный тройной ансамбль, один из четырех сохранявшихся в России. В него входили двенадцатиглавая Богоявленская церковь с удивительным круглым западным крыльцом, шатровая Покровская церковь и восьмигранная колокольня. Местные крестьяне рубили эту красоту всем миром, доверяя мастерам строить «как мера и красота скажут». Богоявленскую церковь ныне отреставрировали, и она радует глаз. Но судьба остальных строений трагична. Пятого мая 2013 года молния ударила в ансамбль, и пламя мгновенно охватило сухое дерево. Пожарные смогли лишь отстоять Богоявленский храм, а Покровская церковь с её бесценными расписными «небесами» сгорела дотла. Мне повезло видеть весь комплекс целиком в 2008 году, когда шла активная реставрация, и казалось, что всё будет только лучше. Увы, стихия распорядилась иначе. Отрадно, что традиции здесь живы благодаря школьному Этнографическому музею-мастерской, где бережно хранят историю.
Саунино: классика шатрового зодчества
Всего в пяти километрах к северу от Каргополя, в большом селе Саунино, стоит один из красивейших ансамблей — церковь Иоанна Златоуста 1665 года и необычная колокольня. Это классический образец типа «восьмерик на четверике». Вся красота здесь кроется в математически выверенном соотношении нижнего четырехугольного сруба и высокого шатра. Если удастся попасть внутрь (а обычно такие памятники заперты), сначала попадаешь в низкий притвор, а затем — в просторную трапезную. Там взгляд упирается в мощный поперечный брус — матицу, которая держится на толстенных резных столбах в виде трех дынек, перехваченных жгутами. Это настоящее плотницкое искусство. Но главный сюрприз ждет в молельном зале: снаружи храм огромен, а внутри помещение неожиданно скромное. Высота интерьера занимает лишь треть от общей высоты здания, а переход к шатру скрыт великолепным расписным «небом», сохранившимся здесь едва ли не лучше всех на Каргополье.
Одинокая часовня в урочище Грихневском
Есть особая прелесть в строениях, стоящих в чистом поле. Часовня Архангела Михаила, памятник первой половины XIX века, как раз из таких. От деревни Грихневской не осталось и следа, а она стоит. Архитектура здесь без изысков: небольшая клеть с рублеными сенями, покрытая двускатной крышей, над которой высится восьмерик звонницы с шатром. Столбы украшены простой резьбой, а внутри, рядом с дверью, прибит старинный резной крест. Приятно, что часовня не заперта и доступна каждому путнику. Дорога к ней сворачивает с Ошевенского тракта за селом Поздышево, где на дереве висит самодельный указатель. Три километра лесной грунтовки — и вы на месте. На низкой машине ехать не стоит, а вот кроссовер пройдет уверенно.
Возрождение из руин: Ошевенский монастырь
Обитель, основанная в 1460-е годы преподобным Александром Ошевенским, пережила и расцвет, и полное запустение. Сын местного священника, принявший постриг, пришел на реку Чурьюгу и устроил пустынь на месте дикого леса. Первый храм рубили еще при нем. После смерти святого монастырь едва не опустел, но в 1488 году игумен Максим вдохнул в него новую жизнь. Пожары не щадили обитель, и после катастрофы 1706 года здесь начали возводить каменные постройки. Сейчас это место представляет собой печальное, но обнадеживающее зрелище. За каменной стеной видны руины, однако с 2001 года здесь снова теплится монашеская жизнь. Ведется сбор документации для восстановления деревянного Покровского храма, от которого остался лишь фундамент. Уже отстроен братский корпус, а на территории гуляют корова и куры — монахи ведут подсобное хозяйство. Среди руин стоит большая армейская палатка, которую в торжественных случаях используют для приема гостей. Это удивительный символ того, как вера и труд возрождают историю буквально из пепла.
Ошевенская волость: музей под открытым небом
Проехав чуть дальше монастыря, попадаешь в большое село Ошевенское, разделенное на Погост, Ширяиху и Низ. Здесь, на возвышении, стоит деревянная Богоявленская церковь 1787 года — один из самых крупных деревянных храмов Севера. Её мощный восьмигранный объем поражает воображение. Внутри сохранился родной четырехъярусный иконостас, хотя иконы в нижних рядах уже не те, что были раньше (их вывезли на реставрацию, да так и не вернули). Но главное сокровище — это восемнадцатигранное «небо» в отличной сохранности, где в центре изображен Христос Вседержитель, а грани представляют собой иконы святых на фоне синего небосвода. Напротив храма работает инфоцентр музея «Ошевенская волость», открытый в 2015 году. Сам музей охватывает несколько деревень, где сохранились традиционные северные избы, в том числе с печами, топящимися по-черному. Мы даже набрали воды из действующего колодца. Здесь можно увидеть и каменные двухэтажные дома дореволюционной постройки, и договориться о ночлеге в настоящей старинной избе XIX века. А в дальнем конце, в деревне Низ, стоит миниатюрная часовня Святого Георгия с двумя башенками, одна из которых служит колокольней.
Кубоватое чудо в селе Архангело
Путь от Ошевенска к трассе на Плесецк лежит по пыльной песчано-гравийной дороге длиной около двадцати пяти километров. На левом берегу Онеги в селе Архангело сохранился ансамбль из двух церквей. Главная жемчужина — кубоватая церковь Михаила Архангела 1715 года. Это единственный уцелевший храм такого типа на верхней Онеге. Кубоватое покрытие, напоминающее массивную луковичную главу, венчает приземистый четверик с пятиглавием. Рядом стоит ярусная Сретенская церковь XIX века. К сожалению, внутри обоих зданий царит разруха, хотя снаружи ведутся реставрационные работы. В Сретенской церкви мне удалось рассмотреть замечательное «небо» из пятнадцати секторов. Внешний вид строений немного портит железная кровля, но с моста через Онегу ансамбль смотрится невероятно живописно. Кстати, в путеводителях часто путают эти два храма между собой, приписывая названия наоборот. Признаюсь, поначалу я и сам был сбит с толку, пока не сверился со старыми картами и описаниями.
Большая Шалга и Калитинка: стройность шатра и возрожденные часовни
В десяти километрах восточнее Каргополя, на месте бывшего села Большая Шалга, стоит шатровая церковь Рождества Христова 1745 года. Рядом с ней приютилась каменная церковь Покрова. Шалга означает «дровосеку», и хороший лес здесь давно вырубили. Но деревянный храм, окруженный замшелыми крестами и старыми елями, поражает своей стройностью. Мастера добились этого, сузив и вытянув нижнюю часть, сделав грани шатра необычайно крутыми. Кажется, будто конструкция парит над землей. Каменная церковь рядом с ней, при всех своих классических формах, откровенно проигрывает деревянной «сестре».
А в Калитинке, что в пятнадцати километрах юго-восточнее Каргополя, произошло настоящее чудо. Лет двадцать назад, когда я впервые оказался в этих краях, часовни Фрола и Лавра, Воздвиженская и Ильинская представляли собой печальные руины. Казалось, еще немного — и они исчезнут навсегда. Но нашлись силы и средства, и теперь эти маленькие деревянные жемчужины восстановлены. Глядя на них сейчас, понимаешь, насколько важно сохранять подобные объекты, ведь они формируют неповторимый ландшафт Русского Севера. Кстати, о сохранении уюта и функциональности пространства вокруг себя я задумалась не только в путешествиях, но и дома. Недавно, выбирая между практичностью и эстетикой для окон, я всерьез увлеклась сравнением разных систем зашторивания. Оказалось, что понять, что лучше римские или рулонные шторы, не так уж и просто, ведь каждая деталь интерьера, как и архитектурный элемент храма, должна стоять на своем месте и радовать глаз.
Это путешествие по окрестностям Каргополя стало для меня не просто осмотром достопримечательностей, а настоящим диалогом с вечностью. Каждое строение, будь то величественный собор или крохотная часовенка, хранит в себе отпечаток рук простых плотников, которые рубили «как мера и красота скажут». И пока эти деревянные свечи горят над полями и лесами, связь времен не прерывается. За кадром остались еще часовни и церкви Кенозерского национального парка, но это уже совсем другая история, требующая отдельного разговора.
