Вы когда-нибудь пробовали заново влюбиться в место, которое сначала вас разочаровало? Вот у меня так вышло с урочищем Джилы Су. Первая попытка добраться туда на экскурсионном автобусе провалилась, и я осталась с горьким осадком. Но слухи о таинственных нарзанах, драконьих скалах и суровой красоте этих гор не давали покоя. Я решила дать шанс этому месту, но уже на своих условиях — за рулём собственного автомобиля, совместив поездку с большим путешествием в Адыгею и Крым. Дорога из Санкт-Петербурга до Кисловодска — это отдельная эпопея, но тот момент, когда мы миновали Кисловодск и выехали на трассу, ведущую прямо к сердцу Кавказских гор, я запомню навсегда.
Честно признаюсь, я мандражировала. В интернете полно страшилок про эту дорогу: «жутко сложная», «опасная», «только для профи». Да, это не та трасса, где можно расслабиться и слушать музыку. Это настоящий серпантин с затяжными подъёмами и спусками, где за каждым поворотом — очередной крутой вираж. Но знаете что? Если у вас есть опыт вождения, если вы чувствуете габариты машины и не паникуете на узких участках, то всё вполне проходимо. Асфальт хороший, знаки расставлены, и главное — виды такие, что дух захватывает. Мы останавливались на каждой смотровой площадке, пытаясь запечатлеть эту бесконечную синеву неба и зелень долин, но где-то внутри я знала: самое красивое ещё впереди.
Въезд в заповедник и первое разочарование
Вот мы и у первого КПП. Покупаем билеты в заповедник — по 200 рублей, и это безлимит по времени. Можно гулять хоть неделю. Проезжаем ещё пару километров, и снова платим — теперь уже за обслуживание территории. Ещё 200 рублей с человека и с палатки за каждый день. Мелочь, но осадочек остался. И вот мы въезжаем в Джилы Су, и первое, что я вижу — это огромный табор. Машины стоят буквально бампер к бамперу вдоль дороги. Найти свободное место для стоянки — целый квест. Всюду палатки, и стоят они через каждые три-пять метров. Мне сразу стало душно. Я не люблю, когда дикая природа превращается в филиал общежития. Настроение упало ниже плинтуса: «Ну вот, опять. Переночуем здесь одну ночь и сбежим в Адыгею», — подумала я.
Мы медленно продвигались вглубь урочища, но свободного клочка земли всё не было. И тут, у обочины, я заметила небольшую поляну с тремя палатками. Мысль была простая: может, потеснимся? Я подошла к мужчине, сидящему у одной из них, и спросила, не будем ли мы мешать, если поставим палатку рядом. Он оказался тем самым «ангелом-хранителем» этого вечера. Он улыбнулся и поманил нас за собой: «Пойдёмте, я вам покажу место получше». Мы поднялись чуть выше по склону, и я ахнула. Там была ещё одна поляна — просторная, с одной-единственной палаткой, а ещё выше — вообще пустая, с видом на долину. Мы поставили свой домик на самом верху. Над нами — только небо и острые скалы, а внизу — муравейник из машин и людей, который отсюда казался уже не таким раздражающим. Идиллия!
Зубы Дракона и северные ягоды в южных горах
Когда солнце начало пригревать, я окончательно растаяла. Вокруг, словно стражи этого ущелья, возвышались скалы «Зубы Дракона». Они просто торчат из зелёного склона, острые, неровные, будто кто-то гигантский рассыпал здесь окаменевшие клыки. Я вглядывалась в них, пытаясь представить, сколько миллионов лет понадобилось ветру и воде, чтобы выточить такие формы. Осень здесь не баловала буйством красок. Пожухлая трава, кустики сон-травы да редкие стебли иван-чая. Но меня ждал сюрприз. Я нагнулась, чтобы рассмотреть какой-то яркий коврик под ногами, и обомлела — это была брусника! Самая настоящая, та самая, что растёт на карельских болотах и в лесах под Петербургом. Я сорвала ягодку, попробовала — да, она, родимая, с лёгкой кислинкой. Рядом я заметила веточки шикши и листья морошки. Вот это да! Стою на Кавказе, а ощущение, что я вернулась домой, в северную тайгу. Удивительные контрасты природы.
Водопады и нарзанные ванны
Обустроив лагерь, мы с Николаем отправились на разведку. Главная цель — водопад Султан и знаменитые нарзаны. Идти пришлось по тропинкам, протоптанным тысячами туристов. Водопад Султан — это мощь и красота. Вода с грохотом падает с высоты, разбиваясь в миллионы брызг, и в воздухе висит радуга. Я смотрела на него с Калинова моста и чувствовала себя героиней какого-то древнего сказания.
Рядом с водопадом из-под земли бьют трубы с нарзаном. Представляете? Просто торчат из грунта, и ты можешь в любой момент набрать воды. Есть «глазной» нарзан, есть «желудочный». Я попробовала оба. «Желудочный» — тёплый, с привкусом металла и сероводорода, совсем невкусный. А вот «глазной» — холодный, шипучий, с приятной кислинкой. Коля, недолго думая, полез в нарзанную ванну — это, по сути, небольшие природные бассейны с минеральной водой. Мне же пришлось ждать до утра, потому что в «женское время» туда пускают только с утра пораньше. Ну ничего, я не расстроилась, а отправилась искать другой водопад — Каракая Су. По дороге я наткнулась на водопад Эмир. Он не такой мощный, вода в нём кристально прозрачная, стекает по каменным уступам тонкими струями. Я залюбовалась, но какой-то прохожий мужчина бросил пренебрежительно: «Да это не водопад, это так, ручеёк, настоящий дальше». Ничего себе «ручеёк» высотой метров двадцать! Ну и ладно, я всё равно успела насладиться моментом.
А вот и Каракая Су! Он действительно настоящий — мощный, шумный, низвергающийся широким потоком. Но есть один нюанс: вода в нём мутная, молочного цвета. Говорят, это из-за глинистых пород, которые она размывает на своём пути. Тем не менее зрелище впечатляющее. Рядом с ним — живописный мостик через реку, по которому так и хочется пройти, чтобы оказаться ближе к стихии.
Незаконченная история
Начинало темнеть, и мы поспешили вернуться в лагерь. По дороге я поняла, что мы увидели далеко не всё. Есть тут одна негласная традиция: считается, что ты не был в Джилы Су, если не сфотографировался с сусликами на фоне Эльбруса. Эти забавные зверьки тут совсем ручные, выходят к людям за угощением. Но встречу с ними, как и с великим Эльбрусом, который то прячется в облаках, то открывается во всей красе, я решила оставить на завтра. Чувствую, что это путешествие ещё не закончено, и впереди меня ждёт много сюрпризов. А пока — спать под шум ветра и далекий гул водопадов.
